Суд Европейского союза вынес решение по делу C-212/20. Это решение стало следствием вопросов, заданных Окружным судом Варшавы по Варшаве относительно дел, связанных со швейцарским франком.
Вчера, 18 ноября 2021 года, Суд Европейского союза вынес решение по делу C-212/20. Это решение стало следствием вопросов, заданных Окружным судом Варшавы-Волы по делам, связанным со швейцарским франком (решение от 12 мая 2020 года), включая два вопроса по следующим темам:
- В свете статьи 3(1), статьи 4(1) и статьи 5 Директивы Совета 93/13/ЕЭС от 5 апреля 1993 г. о несправедливых условиях в потребительских договорах (1) и преамбулы к ней, которые устанавливают обязанность составлять договоры простым и понятным языком и необходимость толковать сомнения в пользу потребителя, должно ли договорное положение, определяющее курс купли-продажи иностранной валюты в кредитном договоре, индексируемый к курсу иностранной валюты, быть сформулировано однозначно, т. е. таким образом, чтобы заемщик/потребитель мог определить этот курс на данный день, или, с учетом типа договора, упомянутого в статье 4(1)? В соответствии со статьей 1 вышеупомянутой директивы, долгосрочным характером договора (несколько десятилетий) и тем фактом, что стоимость иностранной валюты подвержена постоянным (в любое время) изменениям, возможно сформулировать договорное положение в более общем виде, а именно со ссылкой на рыночную стоимость иностранной валюты, что предотвратит внесение существенного дисбаланса в права и обязанности сторон в ущерб потребителю в смысле статьи 3, пункта 1 вышеупомянутой директивы.
Если ответ на первый вопрос положительный: - В свете статьи 5 Директивы Совета 93/13/ЕЭС от 5 апреля 1993 года о несправедливых условиях в потребительских договорах и ее преамбулы, возможно ли истолковать договорное положение, касающееся определения кредитором (банком) курса купли-продажи иностранной валюты, таким образом, чтобы разрешить договорные сомнения в пользу потребителя и предположить, что договор определяет курсы купли-продажи иностранной валюты не произвольным образом, а на основе свободного рынка, особенно в ситуации, когда обе стороны имели одинаковое понимание договорных положений, определяющих курс купли-продажи иностранной валюты, или заемщик/потребитель не был заинтересован в оспариваемом договорном положении на момент заключения договора и его исполнения, включая незнание содержания договора на момент его заключения и в течение всего срока его действия?.
Возвращаясь к первому вопросу, заданному одним из Варшавских окружных судов, следует отметить, что Суд Европейского союза заявил, что положения об индексации, включенные в кредитное соглашение, должны определять четкий и понятный метод расчета обменного курса (цены покупки и продажи иностранной валюты, к которой индексируется кредит), чтобы заемщик мог самостоятельно определять обменный курс, действующий в конкретный день, – что неоднократно отмечалось
Позиция, представленная Судом Европейского союза в ответ на первый вопрос, ясно подчеркивает необходимость защиты прав потребителей.
Хотя Суд ЕС ответил на первый вопрос отрицательно, он также попытался ответить на второй вопрос, в котором указал, что статьи 5 и 6 Директивы 93/13 следует толковать таким образом, чтобы исключить ситуацию, когда национальный суд, который первоначально признал условие договора, заключенного между Банком и Заемщиком, несправедливым в смысле статьи 3(1) вышеупомянутой Директивы, анализировал это условие с целью смягчения его злоупотребительного характера, даже если такое толкование соответствовало бы совместному решению Сторон разбирательства.
Это означает, что Суд ЕС сослался на статью 65 Гражданского кодекса и четко подчеркнул, что это положение не может служить основанием для изменения оскорбительного положения.
Данное уведомление носит исключительно информационный характер и не является юридической консультацией.
